В глубинах неба [litres] - Станислав Цыбульский

скажут эксперты, но даже невооруженный глаз отмечал восковую бледность и заострившиеся черты лица. Умирая, мужчина сполз по стене, локтем упершись в бедро, от чего ослабевшая рука застыла в одном положении. Было заметно, что ее сдвигали, чтобы провести осмотр и съемку, но вернули все как было.

В отчете было указано, что пуля попала в шею, разорвав яремную вену, и прошла навылет. В стене же – высоко, в морфа стреляли, когда он стоял, – осталось шесть пулевых отверстий: убийца либо не умел стрелять, либо очень нервничал. Не исключено, что и то и другое. Пули пробили пластик экрана, оставив аккуратные дыры с расходящимися по кругу трещинами, но не они стали причиной отказа видеостены. Я повернулся обратно к столу.

Крови на столешнице оказалось совсем немного. Я вынул платок, стер ее, внимательно осмотрел стол и вскоре нашел подпалину, идущую вдоль боковой кромки. Здесь находилась пластина компьютера, теперь сгоревшего. Крышка была смещена, внутрь уже заглядывали эксперты, но я поддел ее и заглянул сам. Схемы почернели, припой расплавился и стек. А еще в своих гнездах не оказалось процессора и плашек оперативной и постоянной памяти.

Закончив беглый осмотр, я направился к выходу. Мой сопровождающий посторонился и подал голос:

– Ну что, кто его убил?

– Убийца, – ответил я.

Войцех мелко-мелко заморгал, вскинув брови, потом сообразил и рассмеялся:

– Черт, логично! Затупил, признаю. Куда теперь?

Мы спустились обратно на первый этаж и вышли в цех. Я задумался. Эксперты вернутся с минуты на минуту, но отчет об осмотре места преступления они уже отправили, со всеми анализами и результатами. Правда, там не было записей с камер наблюдения – те просто отсутствуют. И перед тем как мы уедем отсюда, хорошо бы узнать почему.

Мы нашли старшего смены, и тот проводил нас к консоли, отвечающей за безопасность. Я опасался, что убийца, заметая следы, уничтожил и ее, но все оказалось в рабочем состоянии. Вот только актуальных записей с камер там не было. Тайм-код самой последней указывал, что сделана она пять стандартных лет назад, а проверка убеждала, что более поздние не были стерты – наблюдение после указанной даты просто не велось. На все мои вопросы старший смены просто пожимал узкими плечами. Внутренняя сеть, включая безопасность, по указанию самого управляющего оставалась в полном ведении последнего.

Что ж, значит, по какой-то пока неизвестной причине жертва сама отключила наблюдение. И этот факт наверняка связан с ее убийством.

Когда мы закончили и уже покидали мастерские, к воротам подъехал длинный закрытый грузовой карт в полицейской раскраске. Оттуда выбрались пятеро. Три человека в белых защитных костюмах и со складными носилками пронеслись мимо, остальные направились к нам. Я представился, мы пожали друг другу руки.

– Следователь с самой Земли! – сказал назвавшийся руководителем экспертной группы высокий крепкий мужчина с густой черной бородой. – Как вам у нас? Не привыкли еще голову задирать?

Он кивнул в сторону стоящего чуть позади меня Войцеха, подмигнул и рассмеялся, второй подхватил с небольшой задержкой. Молодой, розовощекий, он смотрел на морфа с плохо скрываемым презрением. Я проигнорировал последнюю фразу, сказав:

– Мне прислали отчет, позже я его изучу. Что скажете об убийстве вы?

– Да кто их поймет? – Бородач развел руками. – Что-то не поделили. Одним больше, одним меньше.

За плечом тяжело задышал Войцех. Я уточнил нарочито холодно:

– Это экспертное заключение?

– Послушайте… – Бородач вдруг стушевался, опустил глаза и сказал примирительно: – Я ничего такого, все в отчете.

Двое экспертов направились к воротам, больше не глядя на нас, я проводил их взглядом. Когда они скрылись из виду, Войцех сказал негромко:

– Уроды. Была б моя воля… На Марсе не так, а?

– Там больше… адекватных. В основном под русскими куполами.

– Не сомневаюсь.

Мы подошли к своему карту, забрались на жесткие сиденья. Морф включил питание и лихо развернулся на крошечном пятачке.

– Куда теперь?

– Думаю, нужно пообедать, а потом… Куда меня поселили?

– Отвезу. – Карт покатил по пандусу, Войцех повернул руль и вдавил педаль так, что завизжали покрышки, а мне пришлось ухватиться за поручень. – Номер оплачен, это в жилых секторах, там и пообедаем.

Возвращались той же дорогой; как я понял, она же была и единственной в сторону мастерских. Когда проезжали импровизированный рынок, знакомого продавца на месте не оказалось. Карт пронесся по узким захламленным улицам, провожаемый взглядами, полными неприкрытой угрозы. Круговой коридор, в который мы, наконец, выехали, показался слишком ярким. Назойливая реклама, виртуальный свет которой бил по зрительным нервам не слабее реальных фонарей, после полумрака трущоб резала глаза. За время нашего отсутствия народу здесь прибавилось. Помимо собратьев моего сопровождающего и знакомых скатов появились и другие, спецификации которых было не различить под мешковатой одеждой и накидками. Войцех опасно маневрировал, едва не задевая идущих, наконец резко подал карт к стене и затормозил.

– Приехали!

Я выбрался на пластик улицы, осмотрелся. Мы остановились у заведения под ожидаемым названием «У Большого Ю». Из стены появился виртуал, мгновение анализировал меня и принял облик высокой стройной женщины-норм. Минимум одежды компенсировался формами, иссиня-черные волосы струились на грудь, прикрывая и плечи. Шагнув ко мне, женщина заговорила низким грудным голосом:

– Добро пожаловать к Большому Ю! Здесь вас ждет лучшая кухня в системе, самые удобные комнаты и самые утонченные развлечения…

Я усмехнулся про себя: пройти полицейскую защиту и просканировать мои данные виртуал не сумел и включил стандартную программу, рассчитанную на среднего норма мужского пола и моего возраста. Когда рядом появился Войцех, шагнув за невидимую границу, виртуал замерцал, но, так и не решив, какая из форм предпочтительнее, исчез вовсе.

Войцех направился ко входу в «Большой Ю», я двинулся следом. Высокие двери скользнули в стороны, мы прошли через ярко освещенный холл. Высоко, у самого потолка, горели лампы, по стенам струился мягкий фрактальный рисунок. Достигая пола, он переходил на пластиковое покрытие, которое реагировало на наши шаги, оставляя позади длинную цепочку медленно гаснущих золотистых следов. Вдоль стен слева и справа тянулись ряды мягких кресел-трансформеров. Задуманные как одинаково удобные для морфов и людей-норм, сейчас они были подстроены под нечеловеческие фигуры. Мы с Войцехом подошли к конторке, за которой без паузы материализовался виртуал. Базовая модель, неприметный человек в черном деловом костюме.

– Коростылев Вэ Эс, – представился я. – На мое имя забронирован номер.

Раскрыв появившуюся перед ним книгу, виртуал изобразил задумчивость и спустя пару секунд ответил:

– Да, номер 207, второй этаж. Ваши биометрические данные переданы. Что-то еще?

– Где у вас можно пообедать? – Я демонстративно осмотрелся.

– Прошу за мной, – ответил виртуал и вышел из-за конторки.

Стена